Писатель: Бакун Владимир Матвеевич
Входит в цикл: “Статья”
ТОМ
Аннотация
Для советских людей старшего поколения - сороковых-пятидесятых годов - "допрос" - не простое слово. Это не скучный юридический термин, обозначающий "...следственное действие, представляющее собой опрос лица по поводу юридически значимых фактических обстоятельств дела". Для них оно было синонимично слову "страх". У главного героя романа - писателя Матвея Гайдамако слово "допрос" всегда ассоциируется с приглушенным шёпотом на кухне, где мать с отчимом, плотно притворив дверь, обсуждают очередное происшествие: ещё одного соседа забрали в ДОПР... Матвейке пять-шесть лет. В таком возрасте дети боятся разве что только Бабу Ягу или Змея Горынынча, однако мальчик боится этого зло звучащего слова ДОПР, обозначающего то место, куда забирают, и где, слышал он, "одни нелюди"... Да так на всю жизнь и осталось у Матвея Гайдамако: если не страх, то неприязнь к слову "допрос". Подобные чувства вызывает это слово и у его друга детства, израильского музыканта Моисея Мацкевича, да и у всех остальных героев книги, которые на деле знают, что это за слово такое - "допрос". "...нас всю жизнь допрашивали, допрашивали, допрашивали... - говорит Матвею Гайдамако Моисей Мацкевич. - Характеристики, анкеты...Не был ли ты, не участвовал ли, не привлекался ли, не состоял ли и не намерен ли?.. Да и вообще, подозрителен ты нам, парень, потому что у твоего деда за царя Гороха было две коровы... И в графе "национальность" у тебя стоит "русский", а "р" картавишь... Жид, значит? А с какой целью маскируешься? Контра, стало быть, или как нам понимать твою гнилую иудейскую сущность? Да и вообще наша жизнь - сплошной допрос. А сам ты в своём романе спрашиваешь себя, как мы докатились до такой жизни? И есть ли у тебя ответ для самого себя?" У Матвея Гайдамако нет ответа на эти вопросы. Не так-то просто допросить самого себя и ответить - чтобы это было правдой и понравилось самому, особенно, если то, что ты ранее без сомнения отвергал, сейчас кажется тебе достойным другой оценки... А у его отца, фронтовика-разведчика Филиппа Гайдамако такие вопросы и не могли возникнуть. Ему надо было громить врага. А потом, оказавшись с товарищем по оружию евреем Барухом Зельдманом в одной "черте оседлости" - сталинском лагере для "врагов народа", бороться за свою жизнь и жизнь друга.
Случайный абзац
Отца расстреляют, и на следующий день выйдет в свет армейская многотиражка, в которой на первой странице будет сообщение об успешном завершении сотрудниками СМЕРШа многоходовой и сложной операции по обезвреживанию вражеской шпионской организации, долгое время ведшей подрывную деятельность против победоносной Красной Армии и всего трудящегося народа страны Советов. А рядом многотиражка разместит информацию о награждении группы офицеров, которые под командованием полковника N, особо отличились в этой операции. Пофамильно они, конечно, не будут названы - нельзя "засвечивать" бойцов "невидимого фронта". Только буква N будет выделена необычным шрифтом: такой она пишется на товарном знаке трофейного коньяка "Наполеон". И все, кому это доступно, знают, что товарищ полковник N любит этот коньяк, и поэтому узнают, кого наградили. Посвящённые знают, что буква N выделена редактором неспроста: это не только как бы расшифровка полковника для своих, но и как знак особого отличия полковника, знак особого уважения, потому что товарищ полковник ничем не хуже этого самого французишки Наполеона, и даже более того, он, как говорят, на целый сантиметр повыше бывшего императора. Ну а что касается военных успехов, то французу и не снилось такое, что может товарищ полковник N. Француз прозевал у себя под носом заговор и поплатился за это головой. А у товарища полковника N никакой заговор не пройдёт! Это он доказал за годы своих сражений с внутренними врагами, число которых - тьма тем... И эта тьма-тьмущая гниёт теперь в сырой земле! И остальные враги сгниют! А уж этот, враг народа, бывший гвардии рядовой Филипп Гайдамако - да и следа от него не останется... Прочитав информацию, посвящённые в таинство знака N, тут же поспешат поздравить "виновника" предстоящего банкета, потирая руки - кто с ревностной завистью, а кто с нехитрой лицемерной радостью. Но и те, и другие сойдутся в одном: везёт человеку - с войны генералом вернётся. Для простых читателей, не посвящённых в тайну ключа N, информация о награждении героев тоже будут выделена - пусть и не особой тайнописью, но размер газетного шрифта будет увеличен на несколько полиграфических пунктов: главное ведь не то, что шпионов поймали, - в конце войны их пруд пруди, этих шпионов да врагов народа, - а главное, кто поймал!
Координаты: 1538 год; 0.34 кубика адреналина.
Индекс удобочитаемости Флеша — 61, для 8-х и 9-х классов.
Похожие книги